Верховецкие: тридцать лет на посту...

Более тридцати лет тому назад в пожарную охрану пришел Владимир Владимирович Верховецкий. Несмотря на то, что этот грамотный, очень опытный и бесстрашный, и, к тому же, не менее скромный человек, два года тому назад разменял седьмой десяток, он до сих пор в строю – тушит пожары в составе частной пожарной охраны при ТЭЦ-2, преподает пожарно-технический минимум и готовит добровольцев в региональном отделении ВДПО. В пожарную охрану он пришел в середине восьмидесятых хоть и молодым, но уже вполне сложившимся человеком. За спиной был технический ВУЗ, работа инженером на заводе, служба в инспекторах ДПС, учеба на высших Киевских курсах МВД СССР.

«Произошло это почти случайно, - вспоминает Владимир Владимирович, - знакомый кадровик предложил: не хочешь, мол, пойти в пожарную охрану? Он ничего не обещал – ни льгот, ни большой зарплаты, ничего не приукрашивал. Я посмотрел, нормальная мужская работа, и согласился. Так что это было трезвое решение без всякой романтики. В восьмидесятых в пожарных частях был некомплект. Непросто было найти бесстрашных людей, при этом физически здоровых и готовых работать за небольшие деньги. Начальство по-разному боролось с этой проблемой. У нас, в третьей части, например, если ты приводил кого-нибудь в пожарную охрану, поощряли. Конечно, после того, как кандидат пройдет медкомиссию и спецпроверку. И последнее было самое сложное.

Первый пожар, первый погибший – это запоминаешь на всю жизнь, но у меня на первом пожаре ничего особенного не было. А вот как я впервые работал в аппарате – действительно незабываемо. Я только что сдал на допуск, и вот загорелась баня за судостроительным заводом. Надо сказать, она горела с завидным постоянством. Это был объект, на котором тогда успел отметиться, наверное, каждый калининградский пожарный. Я лично тушил ее раз пять. В конце концов, однажды она совсем сгорела. И вот я впервые на пожаре в этой бане, впервые - в аппарате. Иду по коридору, впереди товарищи, которые ее уже тушили и разбирались в планировке. Было плотное задымление, и я не заметил, что газодымозащитники прижались к полу. В общем, там я впервые узнал, что такое «язык». На пожарном жаргоне так называется резкий выброс пламени, который происходит из-за притока кислорода. Например, из-за того, что кто-то открыл окно или дверь в горящее помещение. Приготовиться к этому невозможно – в доли секунды дым рассеивается и ложится, и тебе в лицо летит огненный кулак. Хорошо, что там, в бане, потолки были высокие, поэтому меня не сильно задело. Огонь прошел по голове. Спрашиваю товарищей: что же вы меня не предупредили? Они говорят – это надо лично прочувствовать. Обычно после того, как это случается впервые, некоторые новоиспеченные пожарные начинают понимать, насколько их работа опасна и непредсказуема, и вскоре уходят.

Кстати, когда я начинал работать, еще не изобрели современную боевую одежду пожарных, которая очень хорошо защищает тело от воздействия огня. Тогда тушили в «штормах» - это костюмы третьей степени огнезащиты. То есть, они слабо, но все же горели. Бывали случаи ожогов, если человек лез в самое пекло».

Вообще, служебная карьера Верховецкого началась не совсем типично – он пришел не «с улицы» учиться азам профессии, а поначалу занял пост заместителя по кадрам СВПЧ № 3, затем перешел в начкары, вырос до заместителя начальника части и очень быстро пошел на повышение. В течение семи лет в конце девяностых он занимал пост оперативного дежурного – начальника дежурной смены службы пожаротушения.

«У меня в четвертой смене, - гордится Верховецкий, - все начкары были как на подбор, все надежные. Мне даже завидовали».

Пройдя ряд должностей, связанных с организацией пожаротушения, Владимир Владимирович вернулся к тому, с чего начинал, к тушению пожаров. Выйдя на пенсию в звании полковника внутренней службы Верховецкий успел «отметиться» как командир отделения и начкар в нескольких пожарно-спасательных частях Калининграда и области, в том числе, во вновь открытой ПСЧ в Балтийске. На работу туда пришло много местных парней, которых Верховецкий обучал секретам профессии. Пожарные самого западного города России до сих пор вспоминают, как пожилой начкар гонял их – заставлял поддерживать физическую форму. В бытность на руководящих постах Владимир Владимирович, имеющий собственные спортивные достижения и опыт инструктора по физкультуре, курировал сборную области по пожарно-спасательному спорту.

Какой бы пост ни занимал Владимир Верховецкий, личное участие в борьбе с огнем – всегда было его стихией. Таких сами пожарные уважительно именуют «тушила».

Вспоминает начальник пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС ГУ МЧС России по Калининградской области Виталий Мухорин, начинавший работать под началом Верховецкого: «Он был моим первым начальником караула. Когда Владимира Владимировича забрали на повышение, нам было по-настоящему жаль с ним расставаться. У него были очень хорошие отношения с подчиненными, как-то умел быть авторитетным, так что за ним чувствовалась сила, и в то же время не отгораживался от людей стеной. Всегда выслушает, поддержит, если что-то предлагаешь по делу, никогда себя не жалел и нам спуску не давал. Всегда лез в огонь. Бывало, на крупных пожарах, когда он уже служил в Управлении, его в боевке не сразу узнавали другие начальники – думали, простой пожарный».

Владимир Владимирович был универсален. Он все умел. Не только тушить и командовать. Мог и в машине поковыряться. Однажды был случай, пожар в гостинице «Калининград». В этот день на стадионе ПЧ-3 проходили очередные соревнования по пожарно-прикладному спорту. Был объявлен вызов № 4. Дежурный караул ПЧ-3 и другие части быстро выехали к месту вызова. На стадионе остались несколько старших офицеров управления. Владимир Владимирович, имея категорию «С» и соответствующий опыт довез офицеров к месту пожара на резервной технике части. Кстати раньше практиковалось при проведении конкурса на лучшего начальника караула гарнизона Калининградской области, выполнение упражнения на АЦ-40 именно начальниками караулов. В тоже время в середине 90-х Владимир Владимирович был победителем этого конкурса.

Личное дело Владимира Владимировича пестрит благодарностями за решительные и профессиональные действия и умелую организацию ликвидации огня на тушении крупных и сложных пожаров, участие в ликвидации последствий стихийных бедствий. На его счету участие в тушении плавбазы «Кронштадтская Слава», складов «Вестера», нефтеналивного танкера «Джованна», самолета на военном аэродроме, судна «Академик Чеботарев», ЦБК г. Советск, «Цепрусс» и т.д.

Юмор и оптимизм – постоянные спутники Верховецкого. Ему как-то не свойственно в собственных проблемах и нереализованных планах обвинять других людей. Болеть за дело – да. Переживать, что что-то в системе пожарной охраны могло быть устроено лучше, рациональнее – да. Но это никогда не носит у него характера личных обид и амбиций. Шутки да прибаутки, говорят, вспоминая о Верховецком, коллеги.

Андрей Беляков, начальник управления организации пожаротушения и проведения аварийно-спасательных работ припомнил такой случай: «В одной из смен на центральном пункте пожарной связи был один очень сварливый диспетчер. Он все время спорил с начальством и всем был недоволен. Владимир Владимирович, в то время был начальником дежурной смены СПТ, и был обязан, в том числе проверять боеготовность дежурного караула пятой пожарной части, расположенной в том же здании что и ЦППС, при этом Владимир Владимирович «любил» давать внезапные вводные для отработки элементов по спасению людей и боевому развёртыванию. И вот когда тот самый диспетчер «вредничал», Верховецкий дабы его проучить, во время его отдыха (диспетчер имеет право на отдых в течение 4-х часов во время смены, если то позволяет обстановка), отдавал команду караулу пятой части на спасение человека из комнаты отдыха ЦППС. Сами можете представить, каково было тому диспетчеру, когда его внезапно хватали с кровати пожарные в полной экипировке и тащили на улицу».

В региональном отделении ВДПО, куда Верховецкий пришел, выйдя на пенсию, он занимается подготовкой участников добровольных пожарных команд.

«Сейчас у нас сотни добровольцев, - рассказывает Владимир Владимирович, – фактически доброволец добровольцу рознь. Вот, например, на одной из нефтебаз создана добровольная пожарная дружина. Я лично обучил 60 человек, они все застрахованы нефтебазой и прошли медицинскую комиссию. Пять комплектов боевой одежды висят в хорошем отапливаемом помещении. У них все свое, свои гидранты, мотопомпы, ПТВ. Постоянно проходят практические тренировки. Это образцовое подразделение. А с колхозами другое дело. К примеру, начали леса гореть, они горят в среднем месяц-два, обученных добровольцев привозят на место автобусами, доставляют им еду, они отработали в светлое время суток и уехали. Ночью природные факторы - туман, давление, сами сдерживают распостранение огня. А утром все собираются и опять работают. Конечно, у них там нет своего депо, да оно им не нужно. Их просто обзвонили, собрали, выдали экипировку и – вперед. На Балтийской косе есть своя команда – во дворе у одного из ее участников стоит мотопомпа. На всякий случай. Просто потому, что лесной пожар на косе может совпасть с волнением в Калининградском морском канале, и тогда пожарные МЧС не смогут переправиться на подмогу. Что касается лесных пожаров, к счастью, у нас область маленькая, от немцев остались хорошие дороги. Пожарные части рассредоточены удачно. По сравнению с другими регионами, мы, можно сказать, в тепличных условиях здесь. Да и дожди нас постоянно спасают. Реальная угроза появляется, когда затягивается сухой сезон. Если бы начали разрабатывать поля, хотя к этому уже идет, стало бы еще лучше».

 «Мне нравится, как организована добровольная пожарная охрана у наших ближайших соседей за рубежом, - продолжает Верховецкий, - в Польше добровольческая часть вообще закрыта на ключ, там никого нет. У каждого пейджер. Диспетчер с соседнего города, где официально есть государственная часть, нажимает на кнопку и членам команды приходит сообщение на пейджер. Четыре-пять человек, которые официально считаются заступившими на дежурство, в это время занимаются своими делами, но никуда не уезжают, не принимают алкоголь. И мгновенно прибывают в часть, экипируются и выезжают. За место в такой части они держатся, а чтобы туда попасть, нужно получить рекомендацию первых лиц поселка. Это там очень престижно». 



Дети Владимира Владимировича, сын Александр и дочь Ирина, пошли по стопам отца. Первый – начальник ПСЧ № 31 по охране Светловского городского округа, вторая - старший инспектор отдела надзорной деятельности и профилактической работы г. Багратионовска.


«Запах пожара, - делится Ирина Верховецкая, - сопровождал нас все детство. Пахла одежда отца. Помню, что он в любое время суток мог по звонку бросить все и уехать. А его сослуживцы всегда говорили, что отец идет в огонь впереди всех. Папа мало рассказывал о своей работе, говорил мне – вот вырастешь, пойдешь работать в инспекцию. И, честно говоря, у меня это не вызывало никаких возражений».